«Двухметровый гигант с очень громким голосом и негнущимися ногами»
Октябрина прилетела в Сиэтл по приглашению своих друзей Наташи и Славы Брославских. С ними она познакомилась 25 лет назад, когда Брославские жили в поселке Качуге. Восемь лет назад пара эмигрировала в США. Все вместе они сейчас вспоминают, как Октябрина впервые появилась на пороге их дома. Она была на костылях, в клеенчатом тулупе, шапке из соболя и валенках на четыре размера больше ее ноги.
Октябрина приехала в райцентр в больницу, так как повредила стопу. Ей наложили гипс и отпустили домой. Но вечером не на чем было вернуться в деревню, пришлось остаться на ночь у знакомой. Та предложила сходить домой к баптистам, которые устраивали вечером встречу. «Они нам почки вырежут, сектанты же!». Вроде уже не была ребёнком, но такое у меня было предубеждение, — смеется сейчас Октябрина. — Знакомая мне говорит: «Да кому нужны твои старые почки!» Я ей: «Деньги утащат». А у меня с собой всего рублей пять было, мы их пропили еще днем«.
«Это ты кого привела?» — шепотом спросила знакомую Октябрины хозяйка Наташа. «Сейчас она разденется и нормальной бабой будет», — ответила та. Октябрина сняла шапку, которую сшила сама, тулуп, — его ей одолжил брат-железнодорожник. Другой зимней одежды у Октябрины не было, так как сын Федор сжег спичкой ее искусственную шубу.
«Мне тогда Октябрина показалась двухметровым гигантом с очень громким голосом и негнущимися ногами. И как она только умудрилась залезть в дверной проем», — смеется сейчас Наташа.
Их первую встречу Октябрина вспоминает с восторгом: «Меня прямо распирало, как было интересно. Я впервые узнала, что Сатана — это был любимый ангел Бога, его звали Люцифер. Это в переводе „сын зари“. Но от своего ума и красоты он возгордился и захотел стать выше Бога. Вы понимаете? Люди простыми словами рассказали мне Библию: о Соломоне, о Давиде», — рассказывает она.
Октябрина до этого крестилась в православии, ей дали имя Марина. «Мне сказали, что имени Октябрина нет. Мне это было не понятно. Я есть, а имени нет», — рассказывает Октябрина. Ей понравилось, что у баптистов никто ей не сказал, что имени Октябрина нет.
Хотя она и не любила раньше свое имя, хотелось иметь обычное — Галя или Люба. Октябриной ее назвал дед в честь годовщины Октябрьской революции. Дед был идейным коммунистом, воевал в Великую Отечественную, был ранен. Он умер на операционном столе, когда врачи пытались вынуть пулю, застрявшую рядом с сердцем после ранения. У Октябрины сохранилась фотография, где она маленькая сидит в лаптях, которые сплел ей дед. Родные говорили, что Октябрина очень похожа на деда, такая же авантюристка.
После встречи со Славой и Наташей Октябрина вернулась в Аргун и рассказала о своей встрече с верующими односельчанам. Многие ее осудили, знакомые молча переходили на другую сторону улицы, кто-то открыто говорил: «Ты с ума сошла!».
«Я написала Терешковой»
Октябрина тяжело и долго переживала гибель дочери. Летом 1985-го пятилетняя Аня вместе с ровесницей и соседкой Наташей отравились аммиачной селитрой. Девочки бегали по деревне и нашли где-то мешки с белым порошком. Мелкие гранулы были похожи на сахар, дети играли с ним «в кухню» и пробовали на вкус. Когда родители пришли с работы, дети были мертвы. Девочек похоронили в одной могиле.
«Я не могла найти себе места. Было такое отчаяние, такая боль, вам не передать, — делится Октябрина. — На глаза попался адрес Комитета советских женщин, его публиковали в журнале „Работница“ или „Крестьянка“. Я написала председателю Комитета Валентине Терешковой, пожаловалась, что в деревне нет детского сада. Пока родители на работе, дети бегают по деревне без присмотра».
Октябрина добилась, чтобы в деревне построили детский сад. Дети пошли в него в 1986 году, ровно через год после гибели Ани и Наташи. В соседних поселках детских садов как не было раньше, так нет и теперь. Больше чем через десять лет Октябрина стала заведующей детским садом.
После гибели Ани у Октябрины и Николая остался сын Федор. Она не смирилась с утратой, хотела родить дочь. Из-за стресса начались проблемы со здоровьем: были высокое давление и сахар. После травмы хирургам пришлось удалить ей часть коленного сустава. Врачи убеждали Октябрину поберечься, не торопиться с беременностью. Но она не слушала, несколько попыток родить закончились выкидышами. В итоге Октябрина добилась своего: смогла родить сына Михаила и дочь Татьяну.
Октябрина работала почтальоном, шила шапки на заказ. Николай работал трактористом в совхозе. Когда совхоз развалился, работы не стало совсем. Семья копила деньги на квартиру в Иркутске. В 1990-х деньги обесценились, сбережений Тимофеевых хватило бы разве что на мешок картошки. Николай начал пить. Октябрина не скрывает, что выпивала вместе с ним. До того, как встретила верующих.
Как в семье Октябрины появился Владимир Вольфович
Октябрина не планировала брать в семью Владимира Вольфовича. Это случилось вынужденно. В 2003 году племянница мужа Октябрины тайно родила в Иркутске ребенка. У молодой женщины открылось кровотечение, вызвали скорую. Ей пришлось признаться, что она скрыла беременность. Родила прямо на улице. Сначала хотела выбросить ребенка в мусорный бак, потом испугалась и оставила сверток в холле железнодорожной больницы. Когда близкие узнали об этом, отправили племянницу мужа искать младенца. Ребенка она не нашла.
Через два года племянница приехала в деревню, но не одна, а с новорожденной дочерью на руках. Деревенские были рады уже тому, что хотя бы девочку она не бросила. Рожденного ею мальчика разыскала Октябрина, у нее ушло на это несколько месяцев, так как не было известно ни имени, ни фамилии. У нее была только дата рождения и место, где мать оставила ребенка.
В приюте младенец был записан как Владимир Вольфович. Шли выборы, в Госдуму баллотировался Владимир Вольфович Жириновский. Видимо, поэтому сотрудники опеки решили дать такое имя-отчество ребенку. Мальчика отправили в приют для детей с особенностями психики. Октябрина сомневалась, хватит ли у нее здоровья воспитать ребенка. В районной больнице ей неправильно срастили сломанную стопу. Кости пришлось ломать заново, несколько месяцев Октябрина ходила с металлическими стержнями в ноге, с трудом передвигалась.
«Я инвалид, вся переломанная, с большим весом. Как я смогу воспитать ребенка? И тут же себя пристыдила — там же ребенок остался один, от него все отказались. А я сижу и о больных своих ножках думаю», — вспоминает Октябрина. Муж Николай был против того, чтобы брать в семью маленького ребенка.
Когда муж был пьян, Октябрина дала ему подписать документы, что он согласен на опеку, и забрала мальчика домой. Она дала ребенку новое имя — назвала его Сергей. Сережа подрос, начал бегать и лазать по заборам, крышам и деревьям. Октябрина поняла, что на своих травмированных ногах не справляется с ним. Из приюта поселка Качуг Октябрина привезла семилетнюю Марину. Она помогала Октябрине, ловко снимала Сережу с любых заборов.
Марину несколько раз брали в семью, потом возвращали в детский дом. Девочка боялась, что и Октябрина с Николаем тоже не захотят ее оставлять. Чтобы расположить к себе мужа Октябрины, который не сильно был рад новым домочадцам, Марина с первых дней стала называть его папой, приносила ему сигареты и пепельницу.
Сережа из-за психиатрического диагноза учился по индивидуальной программе. Когда был подростком, несколько раз пытался совершить суицид. Попытки были каждый раз, когда он разлучался с мамой Октябриной. Она пыталась отправить его в летний лагерь или в санаторий. Но он не хотел уезжать от нее даже на несколько дней.
«Она хоть и поругает, потом затылок понюхает и скажет: „Ты у меня самый лучший!“, — улыбается Сергей. Октябрина вспоминает одну историю. Однажды они с Сережей ехали в маршрутке. Водитель передал сдачу, и одна монетка упала. Водитель говорит: „Бабушка там деньги уронила, подними“. Сережа поднял копейку и ответил: „Это не бабушка, а моя мама. Она молодая и красивая!“»
«Дети принимали эти правила»
Мать Сергея в это время жила в одной деревне с Октябриной и сыном, навещала его нечасто. Когда она умерла от СПИДа, Октябрина забрала к себе сестру Сережи Веронику. Ту самую, которую женщина родила и привезла из Иркутска.
Еще Октябрина забрала из детского дома Машу. Ей пришлось это сделать, так как Октябрина чувствовала свою ответственность за то, что посоветовала своей подруге взять детей. В опеке ей отказали, она не смогла собрать документы. Но детей — Машу и Витю — она уже выбрала и пообещала им приехать. Октябрина уговорила мужа взять Машу к себе. Она хотела привезти из детского дома и Витю, но муж был категорически против. В итоге мальчика Октябрина устроила в семью в соседней деревне Манзурке.
Чтобы прокормить детей, Октябрина держала коров и свиней, летом все вместе собирали ягоды, грибы и дикий чеснок. На зиму делали заготовки. Особенно дети любили стряпать пиццу с домашними соусами. «Ребятишки говорят: кабачки мы не едим! Это вы так думаете, что вы их не едите. Если хорошо перебить кабачки в блендере с помидорами, морковью и луком, получается отличный соус к пицце. Разлетается на ура!» — делится секретом Октябрина.
Когда педагоги сказали, что у Сережи развит музыкальный слух, Октябрина придумала, как организовать для него занятия. Ближайшая музыкальная школа находится в райцентре в 50 километрах от Аргуна. Октябрина договорилась с руководителем школы, собрала группу желающих учиться музыке из своей деревни и соседних сел и возила учеников несколько раз в неделю по вечерам. Пока ждала детей, и сама изучала нотную грамоту.
Обязательными для всех детей Октябрины были поездки в Манзурку на занятия литературного кружка «Живое слово» и встречи, которые в районе устраивали верующие. Октябрина говорит, что верить в бога никого из детей она не заставляла. Но в семье есть правило, что все дела нужно делать вместе: и за коровами ухаживать, и еду готовить, и на встречи ходить. «Дети принимали эти правила. Возможно, кому-то не нравилось и они хотели как-то по-другому провести время, не ходить на встречу верующих, но они не показывали вида», — вспоминает Октябрина.
Не может баптистка руководить муниципалитетом!
Когда Октябрину выбрали главой Аргуна, некоторые требовали, чтобы ее отстранили. Ведь не может же баптистка руководить муниципалитетом! Вообще на Октябрину часто писали жалобы. Однажды по доносу на нее завели уголовное дело. Главу обвинили в служебном подлоге. Якобы она присвоила зарплату водителя, которого у нее на самом деле не было.
Октябрина и не отрицает, что организовала эту ставку. По штатному расписанию главе муниципалитета полагался водитель. Октябрина ездила по деревням и в райцентр на своей машине, а «сэкономленные» деньги тратила на деревенские нужды.
«Мягкой и пушистой никогда не была. Там, где я, всегда катаклизмы. Но чужого никогда не брала. Ведь как получается: полномочия у поселений есть, а денег на их исполнение нет. Невозможно работать с бюджетом, который в минусе. Нечем оплачивать освещение в конторе, его отключают, нет денег на дрова. А у нас Сибирь. Вот и приходится ночами придумывать, где купить бензин, запчасти, как за свет заплатить», — объясняет Октябрина суть своего служебного подлога.
Выкручиваться и придумывать, как наладить работу, Октябрина научилась еще когда работала заведующей детским садом. Того самого, который появился в деревне после гибели дочери Октябрины. Она мечтала, чтобы в садике у детей были новые игрушки и конструкторы. Но денег хватало только на зарплату работникам и коммуналку. Когда из детсада уволилась прачка, Октябрина предложила работникам самим стирать белье, а на освободившиеся деньги покупать игрушки, методические материалы, посуду для столовой.
Идея заведующей понравилась не всем, но большая часть работников согласилась по очереди заменять прачку. Вскоре в детском саду появились телевизор, проигрыватель, фотоаппарат. Получилось обустроить спортивный зал и купить инвентарь, в детском саду открыли вторую группу. За короткое время из разряда отстающих детский сад превратился в один из лучших в районе. Октябрину стали ставить в пример.
За время, пока Октябрина работала заведующей, она с красным дипломом закончила педуниверситет. Когда стала главой, выучилась на муниципального и государственного служащего. Ей было важно научиться писать заявки, входить в программы и привлекать финансирование для деревни.
Почему Октябрина отдала свое «просильное» платье
Программы программами, но иногда без хитрости было не обойтись, признает Октябрина. Однажды благодаря ее находчивости в деревне появилась детская площадка, о которой селяне даже мечтать не могли. Качели и карусели из западной части страны везли для поселка в пригороде областного центра. Но не местный водитель не знал, что в Иркутской области есть два Карлука, заблудился и привез площадку в отдаленное село.
Октябрина встретила грузовик на подъезде к деревне. Она догадалась, что произошла ошибка, но вида не подала. Скомандовала разгружать ящики, расписалась в документах. И чтобы региональные власти не забрали присвоенную площадку, Октябрина сразу позвонила депутату областного парламента от своего округа. «Наконец-то наши мольбы услышали! Спасибо вам огромное! Очень хорошая площадка, дети будут так рады», — выпалила Октябрина растерянному депутату. После этого никто даже не пытался отобрать площадку у Октябрины.
Когда шло расследование уголовного дела о подлоге, Октябрина показала следователям квитанции и другие документы, что деньги она не брала себе. Наоборот, вышло так, что это не она была должна государству, а государство задолжало ей 287 тысяч рублей. Столько собственных денег Октябрина вложила в ремонт бывшей конторы совхоза. Наша героиня мечтала открыть в заброшенном помещении школу развития для детей.
Многие жители Аргуна и соседних деревень взяли под опеку приемных детей. Не для всех из них нашлись места в детском саду. Октябрина за свои деньги вставила в старой конторе пластиковые окна, отремонтировала стены и полы. В январе 2014 года открылись две группы, в которых дети общались, рисовали и лепили. До 12 дня занимались дошкольники, после этого их поили чаем и они уходили домой. С часа дня до 15 родители приводили малышей.
Группы проработали несколько месяцев, потом их закрыли проверяющие из района. Октябрине сказали, что помещения не приспособлены для занятий. А в отремонтированное здание переехала администрация: один кабинет занял глава, в большой комнате сейчас сидят специалисты. «У богатых свои причуды», — пожимали плечами полицейские, которые приезжали допрашивать Октябрину. Они не смогли ответить на ее вопрос, вернут ли ей деньги, которые потратила на ремонт.
«Эти деньги я могла в свой дом вложить, детям могла отдать. На волне гнева я хотела даже испортить ремонт, вырвать стеклопакеты, которые установила. Потом решила: «Я верующий человек. Я это делала для чего? Чтобы показать, какая я хорошая, или все-таки чтобы сделать что-то для деревни? Если я это делала для деревни, то должна смириться и подарить. И я успокоилась», — рассказывает Октябрина.
Уже после того, как Октябрина ушла с поста главы, пришла новость о том, что Аргун и Карлук получат три миллиона рублей на новую скважину и водопровод. Деньги выделили из областного бюджета. Октябрина добивалась этого несколько лет. До этого жители деревень брали воду из источника, занимали очередь друг за другом, так как вода текла тонкой струйкой и на всех не хватало. Нечем было стирать и поить коров.
«Я пыталась пробиться в областную программу „Чистая вода“. Подаю заявку: то одной бумажки не хватает, то другой. Пока документы собираю, выходит новый закон — надо проводить экологическую экспертизу. А это деньги. Где их взять? Я испытываю прямо физическую боль, когда что-то не получается. Такое чувство, что кости болят. К цели иду напролом, как танк», — говорит Октябрина. Она ходила по кабинетам чиновников, показывала ручей, из которого деревенские берут воду, писала обращения к депутатам.
Октябрина даже написала письмо Путину. Пообещала ему, что если он согласится ее принять, то зарежет последнюю корову и приедет на прием. Путин не ответил. Федеральная программа «Чистая вода» закончилась. А Октябрина продолжила бороться. Теперь в деревне есть скважина.
Октябрина перестала быть главой, после этого похудела на 50 килограммов и отдала на благотворительность свое «просильное» платье. Оно серое, простого покроя. Его Октябрина надевала на встречи с чиновниками, когда хотела чего-то добиться, расположить к себе. Она считает, что это платье помогало ей в работе.
«Неужели я настолько слаба, что не смогу справиться с этой девчонкой?»
Четыре года назад Октябрину обманули мошенники. «Сотрудникам службы безопасности банка» она перевела 200 тысяч рублей. Особенно горько было потерять деньги, которые она копила как финансовую подушку для приемных детей. Октябрина переживала, не спала несколько ночей. «Лучший способ успокоиться — помочь тому, кому еще хуже», — поддержали Октябрину сотрудники опеки, которым она пожаловалась на свою беду.
Работники опеки имели в виду конкретного человека. Им только что вернули из семьи 16-летнюю Дашу, боксерку, которая все время спорила и дралась. Девочка родилась в Братске, оказалась в приюте после того, как убили ее мать. Вела себя агрессивно и кочевала из одного детского дома в другой. Нигде не задерживалась надолго.
Сотрудники опеки сказали Октябрине: «Не знаем, что делать с этим ежиком». И попросили срочно забрать Дашу. Октябрина пообещала помочь. Но ей нужно было ехать в больницу в Иркутск, она не могла отменить лечение. Пока Октябрины не было несколько дней, за Дашей присматривала ее подруга.
В первый же день девушка устроила вечеринку, позвала гостей. О том, что происходит у нее дома, Октябрина узнала по фотографиям из соцсетей. Ссылками поделились соседи. Еще Даша угнала из гаража мотоцикл и попала на нем в аварию. Мотоцикл разбила вдребезги, к счастью, сама осталась цела.
Октябрина не стала ругать Дашу или возвращать ее в детдом. «Неужели я настолько слаба, что не смогу справиться с этой девчонкой? — спросила себя Октябрина. — Как я могу бросить человека, которому и так тяжело? Есть такое выражение: собака бывает кусачей только от жизни собачьей».
Октябрина считает, что понимает детей из приюта, так как и ее детство не было простым. Мать воспитывала троих детей одна. Семью из зоны затопления ГЭС в Нижнеилимском районе переселили на станцию Мерзлотная под Усть-Кутом. Мать сутками работала на железной дороге, детей отдала в интернат. Думала, им так будет лучше: рядом школа, бесплатное питание. В первые же дни Октябрина сбежала, на товарняке добиралась домой, чуть не попала под поезд, натерпелась страха. Мать не стала отдавать ее обратно в интернат. Но зато приходилось самой добираться в школу в соседнее село, жили впроголодь.
Октябрина уверена, что у нее получалось сделать так, чтобы приемные дети поверили ей. Если кровных детей она в сердцах могла шлепнуть, поставить в угол из-за плохих оценок, приемных никогда пальцем не трогала. Понимала, что они и так в жизни настрадались. Даша смогла закончить школу, поступила в Иркутске учиться на маляра, но бросила. Сейчас живет в Аргуне, вышла замуж и родила ребенка.
Всего Октябрина воспитала восьмерых детей: троих кровных и пятерых приемных. С мужьями, женами, детьми они приезжают к ней в гости. Про каждого Октябрина рассказывает с удовольствием.
Марина выучилась на музыкального работника, открыла частную группу детского сада. Сейчас на время оставила это занятие, сидит в декрете со вторым ребенком. Вероника стала маляром, купила машину, сдает на права, занимается тяжелой атлетикой. «Сама худенькая, а поднимает вес 120 килограмм!» — восхищается Октябрина.
Пока она в Америке, за домом будут следить сыновья: кровный Михаил и приемный Сергей. Михаил вместе с братом Федором, сменяя друг друга, работают водителями на ассенизаторской машине. Оба живут в Иркутске. Дочь Татьяна заведует детским садом в Аргуне, которым раньше руководила Октябрина. Сергей работает онлайн в IT-компании.
Перед тем, как уехать, Октябрина продала коров и телят, отдала кур. Не надеялась, что муж Николай без нее сможет ухаживать за животными. Вместе они ведут хозяйство, но давно не живут как муж и жена. «Когда Коля уходит в запой, забывает обо всем. Он пьет 30 лет. Раньше я пыталась бороться. Сейчас смирилась, перестала обижаться. Я пообещала детям, что не брошу его, пронесу свой крест до конца. Они сказали мне: «Мама, отец умрет без тебя!», — говорит Октябрина.
Муж Николай был против, чтобы Октябрина на два месяца ехала в Америку. Тогда она предложила ему сделку — она остается дома, а он взамен прекращает пить. На это Николай ей ответил: езжай куда хочешь. Она наготовила еды ему и его матери, за которой тоже ухаживает. Всю веранду заставила коробками с замороженными пиццами, пирогами, котлетами и булочками.
«Представляете, как я забегаю на стальных ногах?!»
Чтобы порадовать своих «американских» друзей вкусностями, Октябрина заказала на маркетплейсе стеклянные банки по 100 миллилитров и упаковала в них свои соленья-варенья. Довезла все в сохранности.
Октябрина приехала к Славе и Наташе на Рождество и пробудет два месяца. Несколько будних дней, которые оставались до праздника, Октябрина ездила вместе с друзьями на работу, помогала им строить кладовки из сборных конструкций. Подавала инструменты, держала части конструкции. В перерывах вместе заезжали в кофейни, после работы ужинали в ресторанах.
«В Америке мне очень нравится. Все благоустроено и красиво. Удивительно, что вдоль дорог свободно ходят животные и птицы. Мы видели коз, журавлей, уток. Американцы лучезарно улыбаются. Мне кажется, я могла бы здесь жить. Но все-таки я приехала не в Америку, а в первую очередь к своим друзьям. Пока я здесь, хочу помогать им на работе по максимуму», — говорит Октябрина.
Слава и Наташа оплатили расходы на поездку. Только дорога туда и обратно стоила 200 тысяч рублей. «Мы не богатые люди. Но мы пошли на жертвы, чтобы привезти Октябрину сюда. Это минимально, что мы можем сделать для этой удивительной женщины. Мы счастливы быть полезными Октябрине, — говорит Слава. — Участвуя в ее жизни, я ощущаю, что делаю что-то ценное, настоящее».
В ближайших планах Октябрины — искупаться в зимнем океане. Она очень любит плавать и окунается в воду при любой возможности, например, в прошлом году ныряла с аквалангом в Черном море. На днях Слава и Наташа пообещали свозить ее в место, где есть парилка. Октябрина хочет нырнуть в ледяной океан, потом попариться в сауне.
Октябрина еще не вернулась домой, а уже мечтает о новых поездках. В России ей предстоят несколько сложных операций. Хирурги заменят ей коленные суставы. «Если я на больных ногах такие расстояния преодолела, представляете, как я забегаю на стальных ногах?!» — смеется Октябрина.